Как меня приглашали в Народный фронт
Молодого человека, который пригласил меня на встречу по поводу Народного фронта, зовут Алексей Викторович Болта. На визитке написано, что он заместитель координатора по Сибирскому федеральному округу и стоит логотип "Молодой гвардии "Единой России", растянутый такой, смешной.
Алексей Болта сказал, что перед встречей промониторил всю вчерашнюю прессу, почитал где-то обо мне. Сказал: «Если есть диктофон, доставай, чего уж там, я ничего не скрываю». Еще сказал: «Первый раз тебя вижу, но слышал про тебя очень много».
Встреча длилась полтора часа. Мне показалось, что очень расточительно человек обращается со своим временем, ну и с моим тоже. Я не смог ничего содержательного вытянуть из разговора. Может быть, там, в этом фронте, и нет ничего содержательного. У меня есть бумажка, которую я попросил оставить себе на память: проект декларации этого фронта (чуть позже я выложу ее), в которой содержатся абсолютно общие фразы про модернизацию, Конституцию, права человека и лидерство Путина.
Самое содержательное, за что может зацепиться взгляд и за что в итоге зацепился разговор, – это то, чем якобы могут заниматься общественные организации, которые составят этот фронт. Они якобы могут влиять на предвыборный список «Единой России» и на программу «Единой России», то есть сугубо под это дело все и создается. В общем, под выборы, с тем чтобы придать «Единой России», опасающейся, видимо, не очень успешных результатов на выборах, некую дополнительную легитимацию.
То есть общественные организации, которые ранее не были вовлечены в политическую борьбу, якобы будут влиять на нашу самую главную партию, а через это почти напрямую влиять на политику. Но это все имитация – сродни возможности нарисовать новый логотип «Единой России» или придумать ей новый лозунг.
Ну и соответственно этот Алексей Болта общается, как он мне объяснил, со всеми общественными организациями города Новосибирска. Выясняет отношение, готовность сотрудничать. А так как Монстрация по своей численности превышает все общественные организации Новосибирска, вместе взятые, он решил пообщаться и со мной.
Я на его предложение откликнулся, ища каких-то новых пространств для художественных взаимодействий с так называемым пузырем. Но так как там простора для действий очень мало, как я вычитал из этой бумажки, и развернуться негде, то ничем меня этот фронт не заинтересовал. Договорились мы с молодым человеком поговорить, может быть, позже, если появятся какие-то более реалистичные механизмы воздействия на эту самую «Единую Россию».
Я не стал демонстративно отказываться, потому что надеялся на пространство для саботажного внедрения или какого-то такого примерно, как внедрение Монстрации в демонстрацию в свое время. Но некуда внедряться-то еще даже, настолько там все ни о чем.
Я спрашивал у Болты, почему, если они по-честному предлагают инструмент для корректировки деятельности «Единой России», никаких механизмов не прописано. Почему бы не вписать туда самые простые способы воздействия - типа «Единая Россия» берет на себя ответственность: если через полгода депутат не сделал то, что обещал, и даже не начал делать, пусть уходит добровольно с этого поста и «не возвращайся никогда». Болта сказал, что это же можно все сделать, можно обо всем договориться: «Вы сначала войдите во фронт, подпишитесь, а потом после выборов занимайтесь такими штуками». Ну я говорю: «После выборов? Это что за разводка? После выборов уже никому не нужно будет ничего».
В общем, очень нетворчески подошли. Мне кажется, у партии есть ресурс, чтобы сделать из этого что-то более правдоподобное.