Комментарий :

Накануне лондонского процесса представители российских властей гордо заявляли, что его значение выйдет за рамки дела об экстрадиции Ахмеда Закаева - речь будет идти ни много ни мало о борьбе с международным терроризмом вообще. И действительно, в последние дни о Закаеве в суде на Боу-стрит почти не вспоминают: участь масхадовского эмиссара отошла на задний план по сравнению с грандиозным скандалом, вызванным разоблачительными заявлениями свидетеля Душуева. После выступления Душуева, рассказавшего, как его под пытками заставили оговорить Закаева, наши прокуроры попали в положение куда хуже губернаторского. В самом деле, нельзя же откровенно объяснить судье Уоркману, как было дело: мол, надеялись мы, что этого чеченца потихоньку пристукнут, да накладка вышла - он, мерзавец, улизнул и теперь клевещет на наши органы. Но есть одно волшебное слово, выручающее чиновника советской выучки во всех нестандартных ситуациях. Слово это - "провокация". И не случайно именно оно первым пришло на ум г-ну Фридинскому. Видно, он глубоко верит в магию этого почтенного термина и надеется, что англичане безропотно поверят всем его сшитым на живую нитку объяснениям: что никто Душуева не пытал, что допрашивали его в присутствии адвоката (не иначе как на базе в Ханкале адвокаты на допросах дежурят, сменяя друг друга), что злокозненный Березовский слабодушного свидетеля подкупил и тот, польстившись на фунты олигарха, принялся рассказывать всякие небылицы... Ну провокация же, разве не видите!

Да, не в добрый час поманила г-на Фридинского, как некогда отца Федора, муза дальних странствий. После датского отказа в выдаче Закаева лучше было бы ему успокоиться и не испытывать далее терпение западного правосудия. Но понесла-таки нелегкая замгенпрокурора на известный своим коварством Альбион. А что пуще всего угрожает нашему человеку в буржуазной стране? Провокация, знамо дело!

Дословно :

Эдвард Фитцджеральд, адвокат Ахмеда Закаева

Один свидетель у вас умирает в тюрьме после дачи показаний, второй свидетель только что дал показания... Забудем на секунду, что его пытали, но вот что получается: его задерживают, через 6 дней он подписывает показания, потом его показывают по телевидению, а нам здесь говорят, что его имя нельзя разглашать в целях безопасности. Это напоминает мне самые мрачные из показательных процессов сталинских времен. Если бы это было в английском суде, дело было бы тут же выброшено за нарушение процедуры. И поэтому мы не можем так это оставить, мы требуем выяснения судьбы этого свидетеля, а также выяснения судьбы всех других свидетелей, имена которых вымараны из дела. Живы ли они вообще и что с ними сейчас?

24.07.2003

Дословно :

Александр Черкасов, 'МЕМОРИАЛ'

(По поводу показаний Дук-Вахи Душуева в лондонском суде по делу Закаева)

До сих пор мы знали, что документы, которые были переданы по делу Закаева в Лондон и рассмотрены внимательно, оказались, мягко говоря, неубедительными. Это, в частности, обвинения в адрес Закаева, связанные с его общением с Андреем Бабицким, где говорится о том, что Бабицкий с Закаевым вместе пили, дарили друг другу оружие, стреляли в российских солдат, торговали наркотиками и печатали фальшивые деньги. Это и обвинение по поводу захвата и расстрела Закаевым двух священников... Теперь мы видим, как эти неубедительные документы получаются. Тот компромат на Бабицкого, который попал на процесс Закаева, он ведь был состряпан так, что его даже постеснялись представлять в Махачкалу на процесс Бабицкого в 2000 году. Человек, которого допрашивали, не мог сочинить это сам. Он это делал под диктовку следователя, и следователь использовал весьма "убедительные" методы.

Если посмотреть протокол допроса отца Филиппа от ноября прошлого года, видно, что его похищению предшествовало появление в доме, где они с отцом Анатолием находились, группы вооруженных лиц, подчиненных Джохару Дудаеву, включая начальника охраны Дудаева Абу Арсанукаева. Целый день продолжались какие-то очень нехорошие разговоры, а после этого их похитили. То есть если причастность к похищению Закаева оставалась предположением, то причастность к этому Арсанукаева становилась более-менее ясной. По крайней мере, можно было бы это проверить. Но даже если непосредственно к гибели священника он непричастен, то он причастен к гибели пленного лейтенанта Мочалина 31 декабря 1994 года в Грозном. Однако, в отличие от Закаева Арсанукаев был задержан еще летом 2000-го, а в 2002 году написал заявление с просьбой о применении к нему амнистии и в настоящее время является охранником одного из братьев Ямадаевых, состоящего в руководстве чеченского отделения "Единой России". То есть человек, причастность которого к похищению священников и гибели одного из них просматривается из материалов допроса отца Филиппа, не представляет для прокуратуры интереса. Почему? По очевидной причине - несмотря на его предыдущие деяния, он лоялен. Закаев, за которым очевидных деяний не усматривается, - нелоялен. Такая избирательность действий прокуратуры в отношении разных представителей чеченского сопротивления должна быть отмечена.

Грани.Ру, 24.07.2003

Дословно :

Александр Гольдфарб, глава Фонда гражданских свобод

Страшная правда о Чечне, раскрывшаяся в лондонском суде, - первый звонок для костоломов из ФСБ и их кремлевских покровителей. Как показал опыт Милошевича, виновные в военных преступлениях рано или поздно предстанут перед судом. Затея заполучить Закаева обернется для ее организаторов цепью непредвиденных последствий, которая закончится в международном суде в Гааге. На месте Генпрокуратуры я бы последовал совету адвоката Фитцджеральда и отозвал запрос.

Грани.Ру, 25.07.2003

Дословно :

Сергей Фридинский, заместитель генпрокурора РФ

(Об итогах судебных слушаний по делу Закаева 10 и 11 июля)

Главное, чего нам удалось добиться за эти два дня заседаний, - убедить суд, что никакие доказательства не сфальсифицированы и тем более не сфабрикованы.

ИТАР-ТАСС, 12.07.2003

Дословно :

Юлий Рыбаков, депутат Госдумы, свидетель по делу Закаева

(На слушаниях в магистратском суде Лондона)

Вы, англичане, не понимаете, что происходит в нашей стране. Вы живете на другой планете. В вашей правоохранительной системе насилие является исключением. В нашей же системе оно является правилом, и никто этому не удивляется.

...Я выступаю здесь с тяжелым сердцем. Не потому, что каждый из нас, граждан Российской Федерации, которые дают показания на стороне защиты, подвергается опасности по возвращении (потому что мы все прекрасно понимаем, что нам этого не простят), - к такой опасности мы привыкли. Я выступаю с тяжелым сердцем потому, что я вынужден говорить страшные вещи о том, что происходит в моей стране. Я был бы очень рад, если бы я мог сказать, что в моей стране суд независим, что следствие корректно и беспристрастно, но как честный человек и как патриот я обязан говорить правду. Я думаю, что когда-нибудь, может быть, я доживу до того дня, когда я смогу выступить на стороне обвинения в подобном процессе и сказать, что в моей стране все порядке, что в моей стране отменена смертная казнь, что пытки прекращены и что права человека у нас не нарушаются.

Закаев.Ру, 01.07.2003

Дословно :

Елена Боннэр о деле Закаева

Его (Закаева. - Ред.) невиновность была доказана в декабре, когда Дания не признала ложных обвинений российской стороны. Более того, существуют достаточные свидетельства, что российские суды не являются независимыми, что на допросах применяются пытки и что сеть исправительно-трудовых лагерей - нынешний ГУЛАГ - является бесчеловечной. Только одного этого достаточно, чтобы воспрепятствовать удовлетворению требования российской стороны об экстрадиции г-на Закаева. Но именно в силу этого Кремлю так сильно нужен г-н Закаев: чтобы можно было говорить, что российская и западная системы судопроизводства равноценны. Я была шокирована, когда британское министерство внутренних дел сочло обоснованным требование России, вознамерившейся получить голову г-на Закаева, чтобы тем самым придать легитимность своей фальшивой системе судопроизводства.

Wall Street Journal / ИноСМИ.Ру, 17.06.2003