Комментарий :

Судебные разбирательства в отношении Михаила Трепашкина (и первое – по делу о разглашении гостайны, и нынешнее – по обвинению в незаконном хранении оружия) обязательно войдут в учебники юриспруденции. Молодая поросль правоведов будет изучать по ним явление, именуемое с недавних пор "басманным правосудием".

- А скажите-ка мне, голубчик, - будет вопрошать профессор студента, - что такое "басманное правосудие"?

И разгильдяй-студиозус станет мямлить, оттопырив ухо в сторону аудитории:

- Ну, это такое образное название негативного явления в российской юстиции начала ХХI века... в общем, когда на кол сажали без суда и следствия, ну когда и суд там, и правда – все пред ними молчи... ну, короче, беспредел...

- Ну что ж, - скажет добрый "препод", подумав, - в целом правильно. Только суд и следствие там все-таки были. К сожалению.

И печально вздохнет.

О самом деле Трепашкина, о всей истории, связанной с преследованием бывшего офицера спецслужбы и адвоката, написано немало. Тут уже о другом хочется сказать. Просто интересно, в какой стране думают доживать свой век все эти служители Фемиды периода липовых процессов, в какой, вернее, России? Или они, эти вершители, мягко говоря, сомнительных вердиктов, полагают, что останутся при своих должностях в любые времена? И согласно новым веяниям будут сами же пересматривать дела, по которым выносили обвинительные приговоры. А то еще устроятся дорабатывать до пенсии на юридических кафедрах и станут под запись давать студентам строго научное определение понятия "басманное правосудие", чтобы те могли без запинки назвать две его составные части: подлог и подлость. И очень толково, подпуская надрыва, будут объяснять, почему это в путинскую эпоху Фемида была такой послушной.

История "басманных" ничему не учит. Даже история вчерашнего дня. Они уверены в своем завтра, как были уверены до них многие служители власти, а не закона. А потому с легкостью необыкновенной занимают сторону обвинения и даже поправляют его, если оно вдруг устыдилось требовать сурового наказания для очевидно невиновного.

Владимир Темный

Справка :

Михаил Трепашкин: профиль политзаключенного

Подготовлено Фондом гражданских свобод

Михаил Трепашкин - московский адвокат, арестованный по сфабрикованному обвинению накануне суда, где он планировал предъявить сенсационные доказательства причастности российских спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года.

Обстоятельства ареста

1. Михаил Трепашкин, адвокат из Москвы, был арестован 22 октября 2003 г. по обвинению в незаконном хранении оружия после того, как в его машине был обнаружен пистолет. Сам он утверждает, что пистолет был подброшен. Когда автомобиль Трепашкина остановила ГАИ, на обочине уже ждала группа захвата. Они открыто швырнули в машину сверток. В нем оказался пистолет, который исчез несколько лет назад, во время налета боевиков на федеральное учреждение в Чечне.

2. Трепашкин давно находился в конфликте с российскими спецслужбами. В прошлом он сам работал следователем, но в 1996 году его уволили из органов после того, как он отказался покрыть случай коррупции среди высших чинов ФСБ. В 1998 году он принял участие в знаменитой пресс-конференции, на которой прозвучали обвинения ФСБ в повальной коррупции и организации бессудных казней. На момент ареста Трепашкин уже находился под следствием по другому обвинению по линии ФСБ - в разглашении государственной тайны. Крайне маловероятно, что юрист, который знает, что ФСБ ведет против него следствие, и что он находится под наблюдением, станет возить с собой незарегистрированное оружие.

3. В действительности Трепашкина арестовали для того, чтобы предотвратить его выступление в важном судебном процессе, ибо власть боялась, что он предъявит серьезные улики, которые представляют собой политическую угрозу президенту Путину.

Дело о взрывах

4. Суд, который начался через неделю после ареста Трепашкина, рассматривает дело по обвинению двух российских мусульман в организации взрывов трех жилых домов в сентябре 1999 года. В результате терактов погибло около 300 человек. Взрывы были приписаны чеченским сепаратистам и послужили поводом для второй чеченской войны. Они помогли Владимиру Путину победить на президентских выборах 2000 года.

5. На суде Трепашкин должен был представлять интересы сестер Алены и Татьяны Морозовых, чья мать погибла в результате взрыва 9 сентября 1999 года. В настоящее время Морозовы проживают в США, Татьяна замужем за американским гражданином, а Алена ждет решения о политическом убежище. По российским законам жертвы преступления имеют право в уголовном деле вносить ходатайства, вызывать и подвергать перекрестному допросу свидетелей.

6. По указаниям своих клиентов г-н Трепашкин собирался озвучить в суде версию о причастности к терактам 1999 года российских спецслужб, в частности, ФСБ. Подобного рода обвинения уже звучали и в прессе, и в политических кругах. Вкратце их содержание сводится к тому, что чеченцы к этим терактам могут быть и не причастны, и что на самом деле они могли быть организованы ФСБ, с целью склонить общественность поддержать войну. Почти половина населения России считает, что ФСБ могла организовать взрывы. В недавнем обращении к Сенату США сенатор Джон Маккейн заявил, что "остаются веские основания подозревать ФСБ в причастности к организации этих терактов".

7. Основным аргументом в пользу версии о причастности ФСБ до недавнего временни были события 23 сентября 1999 года, когда после третьего теракта, милиция обезвредила взрывное устройство в подвале одного из многоэтажных домов г. Рязани. Подозреваемых в организации взрыва сначала задержали, а потом отпустили, поскольку они предъявили удостоверения сотрудников ФСБ. Власти объяснили весь инцидент неудачно задуманными учениями по "гражданской обороне". Связь между "учениями" в Рязани и терактами так и осталась недоказанной. Однако г-н Трепашкин занимался самостоятельным расследованием взрывов в Москве и обнаружил новые улики, которые говорят о причастности ФСБ.

8. Процесс по делу о взрывах, который начался 31 октября, проходит за закрытыми дверями "по соображениям государственной безопасности". Два обвиняемых по делу, Адам Деккушев и Юсуф Крымшамхалов, обвиняются в перевозке взрывчатки. Один из них отрицает все предъявленные ему обвинения, другой частично признает свою вину, однако утверждает, что об истинном предназначении взрывчатки ничего не знал. Судья по данному делу, Марина Комарова, ранее участвовала в процессах по делам, инициированным ФСБ, таких как известные "шпионские" дела, вызвавшие озабоченность международной общественности из-за их очевидной политической мотивировки.

9. Большинство других жертв по данному делу либо вообще не представлены в суде, либо дали подписку о неразглашении. Сестры Морозовы ее дать отказались. Таким образом, г-н Трепашкин был бы единственным независимым наблюдателем на судебном заседании, закрытом от остального мира.

10. Человека, которого обвинение cчитает главным организатором взрывов 1999 года, зовут Ачемез Гочияев. Он все еще на свободе, и, по слухам, укрывается в Панкисском ущелье, хотя грузинское правительство это и отрицает. Обвинение против Гочияева построено на том, что он якобы арендовал подвалы в домах, куда были уcтановлены взрывные устройства.

11. Политические ставки на процессе по делу о московских взрывах крайне высоки. Если оба обвиняемых будут признаны виновными, а само судебное разбирательство - объективным, то теория о вине чеченцев будет доказана, а версия о причастности ФСБ - развенчана.

Новые улики

12. Новые доказательства, обнаруженные Трепашкиным, свидетельствуют о том, что за чеченцами, которых позже обвинили в организации взрывов, стояли агенты ФСБ. После ареста Трепашкина газета "Московские новости" опубликовала часть этих доказательств, поскольку репортер газеты Игорь Корольков успел с ним побеседовать. Трепашкин сообщил Королькову имя арендодателя подвала в доме, где проживала Морозова: Марк Блюменфельд. Трепашкин сообщил, что Блюменфельд опознал в арендаторе подвала другого человека, нежели того, которого считают главным подозреваемым.

13. После ареста Трепашкина Корольков связался с Блюменфельдом. Хозяин подвала сообщил журналисту под запись на пленку, о том, что на фотороботе преступника, составленном правоохранительными органами с его слов, фигурирует не Ачемез Гочияев. Первый фоторобот впоследствии исчез из дела, и, по словам Блюменфельда, сотрудники ФСБ вынудили его опознать Гочияева, которого он никогда ранее не видел, по фотографии.

14. В газете "Московские новости" говорится, что Трепашкин опознал человека, которого и он сам, и ряд других свидетелей видели на первом фотороботе. Им оказался некто Владимир Михайлович Романович, тайный агент ФСБ, который специализировался на внедрении в чеченские группировки и который спустя несколько месяцев после взрывов погиб на Кипре, попав там под машину. Трепашкин сталкивался с Романовичем шесть лет назад, когда еще работал в ФСБ. По словам Трепашкина, в 1996 году Романович был арестован в Москве как член чеченской ОПГ, которая занималась вымогательством и контрабандой оружия в Чечню, однако был вскоре отпущен после вмешательства высших чинов ФСБ. Именно тогда Трепашкину сообщили, что Романович работает на ФСБ.

15. Из отчетов Трепашкина своим клиенткам следует, что он также собирал информацию о Татьяне Королевой, которая зарегистрировала компанию, арендовавшую подвалы для закладки бомб, от лица террористов, действовавших по поддельному паспорту. По сообщениям прессы того периода Королеву задержали в промежутке между первым и вторым взрывами, но затем отпустили по непонятным причинам. Позже в прессе появились сведения со ссылкой на источники в правоохранительных органах, что Королева якобы была любовницей Гочияева и бежала вместе с ним в Чечню. Тем не менее Трепашкину удалось установить, что Королева никуда не уезжала и все годы после взрывов продолжала работать в Москве, причем ею были зарегистрированы десятки компаний.

Версия Гочияева

16. Эти доказательства существования "другого человека", арендовавшего подвалы, подтверждают рассказ самого Ачемеза Гочияева - главвного подозреваемого, который до сих пор находится на свободе. В июле 2002 года Гочияев прислал из своего убежища письменное заявление и видеозапись Юрию Фельштинскому, российскому историку, проживающему в Бостоне, и Александру Литвиненко, бывшему сотруднику ФСБ, проживающему в Лондоне, которые ранее написали книгу о взрывах 1999 года.

16. Гочияев утверждает, что от имени его компании были арендованы четыре подвала в Москве, однако арендовал их не он сам, а его партнер, который, как он считает, был связан с ФСБ. Имени этого партнера он не сообщил. Гочияев заявляет, что ничего не знал о взрывных устройствах. Он сказал, что после второго взрыва, когда понял, что его подставили, он бежал.

17. Гочияев также заявил, что именно он предупредил власти о двух других бомбах, которые были обнаружены в Москве спустя несколько часов после второго взрыва. Власти так и не смогли объяснить, откуда им стало известно о точном местонахождении этих двух взрывных устройств.

Связь Трепашкина с убитым депутатом

18. Трепашкин начал свое расследование по просьбе ныне покойного Сергея Юшенкова, депутата Госдумы, который поддерживал версию о причастности ФСБ и призывал провести парламентское расследование "учений" в Рязани. В апреле 2002 года Юшенков ездил в Вашингтон, где встречался с представителями Госдепартамента и членами Сенатской Комиссии по международным отношениям пытаясь заинтересовать США обстоятельствами прихода к власти Владимира Путина. В ходе этого визита Юшенков встретился с Аленой Морозовой и порекомендовал сестрам нанять Трепашкина в качестве их адвоката в Москве.

19. После того как в июне 2002 года было опубликовано письмо Гочияева, Юшенков обратился к Трепашкину с просьбой расследовать это дело от имени Общественной комиссии по расследованию взрывов 1999 года, председателем которой, совместно с другим депутатом Думы, Сергеем Ковалевым, он являлся. Те доказательства, которые Трепашкин планировал обнародовать на суде от имени сестер Морозовых, были получены именно в результате этого расследования.

20. Как только Трепашкин стал работать с Юшенковым, в ФСБ против него немедленно завели уголовное дело по обвинению в разглашении сектреных сведений. В его квартире был проведен обыск, а самого его допрашивала военная прокуратура. Тогда же Юшенков, будучи депутатом Госдумы, официально запросил прокуратуру предоставить ему информацию по делу Трепашкина, благодаря чему, скорее всего, Трепашкину и удалось избежать ареста.

21. 17 апреля 2003 года Юшенков был убит. 3 июля другой член Общественной комиссии по расследованию обстоятельств взрывов домов, Юрий Щекочихин, умер, предположительно в результате отравления. Юшенков и Щекочихин были основной движущей силой Комиссии. После их гибели Комиссия фактически прекратила свою деятельность.

Защита Трепашкина

22. В поддержку Михаила Трепашкина выступили правозащитники. С поручительствами отпустить его на свободу под свою личную ответственность (в чем было отказано) выступили такие известные общественные деятели как депутат Госдумы Сергей Ковалев, глава Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, адвокат и правозащитница Карина Москаленко.

23. Международная комиссия юристов в Женеве выступила с протестом по поводу ареста Трепашкина, назвав его "пародией на власть закона".

24. В письме от 4 ноября группа бывших политических узников, среди них Елена Боннэр и Владимир Буковский, обратилась к организации Amnesty International с призывом признать Трепашкина политзаключенным.

Перспективы судебного разбирательства по делу о взрывах

25. Поскольку Трепашкин выведен из игры, нет объективной независимой информации о том, что происходит в зале суда. Как только Татьяна Морозова узнала об аресте Трепашкина, она обратилась к судье с телеграммой, в которой ходатайствовала вызвать Блюменфельда, Фельштинского, Королькова и Трепашкина в качестве свидетелей по делу о взрывах, а также рассмотреть обстоятельства ареста Трепашкина как препятствия отправлению правосудия. Ответа из суда она не получила.

ТЕРРОР-99: Мы хотим знать правду

Справка :

Михаил Трепашкин
Факты биографии

Военная служба Михаила Трепашкина началась на атомном подводном флоте. После срочной службы он поступил в Высшую школу КГБ. С 1976 года - следователь в следственном управлении КГБ, специализировался на делах о контрабанде культурных ценностей и произведений искусства.

В 90-х годах работал в управлении собственной безопасности ФСБ. Его начальником был Николай Патрушев, нынешний шеф ФСБ. Среди успешных дел Трепашкина – разоблачение в 1995 году преступной группы в ФСБ и ГРУ, которая занималась продажей оружия в Чечню. Однако дело приказали закрыть. Возник конфликт с начальством. В том же году он был уволен из органов. В начале 1996 подал в суд на ФСБ за незаконное увольнение, и суд его иск удовлетворил. Но решение суда так и не было выполнено.

В начале 1997 года на Трепашкина было совершено нападение на улице, его избили. К этому времени он дал несколько интервью о коррупции в ФСБ. На ту же тему бывший офицер спецслужбы направил письмо президенту РФ Борису Ельцину.

В середине 1997 года Александр Литвиненко, который в это время работал в управлении по разработке преступных организаций (УРПО), получил приказ организовать нападение на Трепашкина. Впоследствии в жалобе в прокуратуру, которую Литвиненко подал на УРПО как на преступную организацию, Трепашкин упоминался вместе с Борисом Березовским и Умаром Джабраиловым. Последние двое также были в разработке УРПО: Березовского должны были убить, Джабраилова – похитить. В 1999 году Трепашкин принял участие в пресс-конференции, на которой офицеры ФСБ Литвиненко, Понькин и Щеглов обвинили ФСБ в преступной деятельности. Трепашкин присутствовал на пресс-конференции в качестве жертвы.

После этого Трепашкин два года занимался частной адвокатской практикой. В сентябре 2001 года он дал интервью французским журналистам, которые снимали фильм "Покушение на Россию", в котором рассказал о деятельности ФСБ в контексте взрывов домов в Москве и Волгодонске. Сразу после этого у него был устроен обыск. На Трепашкина завели уголовное дело по фактам разглашения государственной тайны и незаконного хранения оружия. Второе обвинение впоследствии отпало, но первое осталась.

В начале 2002 года Трепашкин познакомился с Сергеем Юшенковым и начал активно сотрудничать с ним в рамках комиссии по расследованию взрывов жилых домов в городах России в 1999 году. В том же году он стал доверенным лицом сестер Морозовых, проживающих в США (они проходили как потерпевшие по делу о взрывах домов). В августе 2003 года Татьяна Морозова приезжала в Москву и вместе с Трепашкиным добивалась доступа к документам по делу о взрывах. Это была единственная попытка со стороны пострадавших от взрывов 1999 года добиться хоть какой-то информации по делу. Весной 2003 года он был приглашен адвокатами Бориса Березовского в качестве свидетеля по делу об экстрадиции бизнесмена в Россию. Трепашкин должен был рассказать суду об истории с планированием покушения на Березовского в 1997 году. Но разрешение на выезд за границу ему не дали, поскольку к тому времени он был под подпиской о невыезде. Адвокаты Березовского должны были выехать в Москву, чтобы встретиться с Трепашкиным и взять у него свидетельские показания.

Справка :

Обращение правозащитников в защиту Трепашкина

СВОБОДУ ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННОМУ АДВОКАТУ МИХАИЛУ ТРЕПАШКИНУ

Мы требуем немедленного освобождения Михаила Ивановича Трепашкина, который находится в ужасающих условиях в тюрьме (СИЗО г. Волоколамска Московской области) – вначале вообще без решения суда, а затем - на основании решения, вынесенного с нарушением закона.

Мы требуем справедливого суда для московского адвоката Михаила Ивановича Трепашкина, незаконно арестованного 22 октября 2003 г.

Мы поддерживаем обращения в организацию "Международная Амнистия" о признании Михаила Трепашкина политическим заключенным.

Михаил Трепашкин должен был представлять в Московском городском суде интересы сестер Морозовых, пострадавших при взрыве на улице Гурьянова в Москве в сентябре 1999 года. Он был арестован за 9 дней до начала процесса, на котором должен был предъявить доказательства причастности российских спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. В его деле находится циркуляр ФСБ о необходимости выведения его из процесса.

После ареста Михаил Трепашкин, страдающий бронхиальной астмой, был незаконно помещен в ужасающие условия загаженной камеры ИЗО г. Дмитрова Московской области. После последних показаний 15 декабря в суде свидетелей – сотрудников ДПС - окончательно выяснилось, что обвинение в незаконном хранении оружия было грубо сфабриковано – ему подбросили в машину сумку с пистолетом.

Михаил Трепашкин 19 мая 2004 г. был приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения по абсурдному обвинению в разглашении секретов КГБ.

9 сентября 2004 г. приговор вступил в законную силу. Однако вместо направления Трепашкина М.И. в колонию-поселение его из следственного изолятора 77/1 г. Москвы "Матросская Тишина" перевели в следственный изолятор г. Волоколамска. Сейчас его судят за подброшенный ему пистолет.

Трепашкин сам работал следователем ФСБ, но в 1996 году его уволили из органов после того, как он отказался покрыть случай коррупции среди высших чинов ФСБ. В 1998 году Трепашкин принял участие в знаменитой пресс-конференции, на которой прозвучали обвинения ФСБ в повальной коррупции и организации бессудных казней. Именно адвокат Михаил Трепашкин приводил доказательства того, что за террористами, которых позже обвинили в организации взрывов в Москве, стояли агенты ФСБ, ФСБ также вынудила подменить фоторобот "организатора" взрывов.

Осенью 2002 года Михаил Трепашкин неоднократно обращал внимание руководства ФСБ на появление в Москве известных террористов из Чечни. Его обращения проигнорировали. И грянул "Норд-Ост".

Мы убеждены, что адвокат Михаил Иванович Трепашкин – честный и порядочный человека, мужественный патриот, который стал жертвой преследований за свои гражданские убеждения и за свою профессиональную деятельность в качестве защитника жертв государственного преступления.

Л.А. Пономарев, движение "За права человека"

С.А.Ганнушкина, комитет "Гражданское содействие"

Ю.В.Самодуров, директор Музея и общественного центра имени Андрея Сахарова

Юлий Рыбаков, сопредседатель Санкт-Петербургского антинацистского центра, движение "За права человека"

Вероника Каткова, Дмитрий Краюхин, Институт Общественных Проблем "Единая Европа"

М.М. Богомолов, зам. председателя международного движения "Добро - без границ"

А.П. Ткаченко, Русский ПЕН-центр

И.Б. Шамшев, народный депутат СССР 1989-91 гг., член Межрегиональной депутатской группы

А.В. Яблоков, президент Центра экологической политики России

Э.И.Черный, коалиция "Экология и право", секретарь Общественного комитета в защиту ученых

И.Г. Яковенко, профессор, член Российского Общенационального комитета "За прекращение войны и установление мира в Чеченской Республике"

Любовь Мосеева-Элье, руководитель ВООСМ "Воротынск-переселенец"

о. Г.Якунин, Общественный комитет в защиту свободы совести

Т.М.Котляр, депутат Законодательного cобрания Калужской области

Вячеслав Ферапошкин, правозащитный центр "Выбор совести"

Справка :

Открытое письмо в защиту Михаила Трепашкина

Этим письмом мы отвечаем на призыв Алены и Татьяны Морозовых, чей адвокат Михаил Трепашкин сейчас находится под судом в подмосковном Дмитрове. Он находится под стражей с октября 2003 года, а в настоящее время содержится в СИЗО Волоколамска, где, по словам Елены Боннэр, его избивают, не позволяют спать и отказывают в предоставлении пищи, а также необходимых ему лекарств от астмы.

Насколько нам известно, сотрудники СИЗО издеваются над Трепашкиным из-за того, что его адвокаты направили жалобу в Европейский суд по правам человека.

Михаил Трепашкин был арестован за пять дней до того, как он должен был выступить на процессе по делу о взрывах домовв качестве адвоката сестер Морозовых. Алена и Татьяна Морозовы пишут: "Арест был специально подстроен, чтобы помешать ему выступить в суде с доказательствами о совершенном преступлении. Поэтому г-н Трепашкин заслуживает особой поддержки его коллег-юристов. Во вторых, г-н Трепашкин, представляя наши интересы, защищал жертв теракта. Для нас расправа с ним - продолжение террора, его гонители находятся за пределами цивилизации... Все, что произошло после взрывов домов, показывает, что власть не защищает нас, она только делает хуже. Если мы позволим уничтожить таких людей, как Трепашкин, для нас самих не будет надежды".

Мы надеемся, что юристы и общественные деятели Европы сделают все возможное, чтобы защитить г-на Трепашкина и обеспечить ему справедливость".

Баронесса Хелена Кеннеди, Дэвид Хэйр, Том Стоппард, Олив и Кика Маркхэм, Корин и Ванесса Редгрейв, Владимир Буковский.

Daily Telegraph, 05.12.2004

Дословно :

Елена Липцер, адвокат Трепашкина

Судья выполняет роль прокурора. Это первый случай в моей практике, когда суд назначает наказание в два раза больше, чем просил обвинитель. Это возмутительно.

Грани.Ру, 15.04.2005